Развиваясь на границе западноевропейских и восточных культур, русский костюм XIV—XVII веков постоянно вбирал в себя разные влияния, но в покрое одежды был верен народным традициям, восходящим к дохристианскому периоду (см.Пояса древнеславянские и пояса Киевской Руси IV—XIII веков). Основные формы костюма, приемы украшения и способы ношения были одинаковыми у разных слоев общества. Различие проявлялось лишь в тканях, отделках и украшениях.
В древнерусском костюме использовались два, иногда три пояса. Один пояс был крестильным (см.Пояс крестильный), носился на голое тело, и его никогда не снимали. Ношение остальных поясов определялось полом и социальным положением. И мужчины и женщины подвязывали пояса под левую руку.
Парадный мужской костюм XIV—XV веков отличался от повседневного многослойностью и большим объемом одеяний, утяжелявших фигуру и подчеркивавших ее представительность. Нижняя мужская рубаха «голошейка» (без воротника) опоясывалась плетеным или тканым поясом. Появление в XV веке под влиянием восточных культур косоворотки не изменило данной традиции. Верхняя одежда обхватывалась кушаком или ремнем, который был одним из важнейших знаков мужского достоинства, так как женщинам носить кожаные ремни не полагалось.
О женском костюме XIV—XV веков сведения крайне скудны. Важно отметить, что именно в этот период намечается кардинальное расхождение в развитии западноевропейской и русской моды, приведшее к длительной самоизоляции последней в XVI—XVII веках, что в итоге обернулось ее неготовностью к новым цивилизационным задачам.
- На селе пояса плели и ткали крестьянки из льняной и шерстяной пряжи. В городах производством поясов и ремней занимались специальные ремесленники, изделия которых продавались на ярмарках или в посадских лавочках.
- В народе были распространены дешевые вязаные, тканые, плетеные пояса (см.Пояса русского народного костюма XVIII—XIX веков). Вероятно, наиболее древними являются пояса, сплетенные из нитей на пальцах.
- Бояре и дворяне имели кованые золотые и серебряные пояса с дорогими каменьями; кожаные, украшенные металлическими и костяными пластинами, а также тканые шелковые кушаки с золотой и серебряной нитью.
- Помимо поясов местного производства, среди московского боярства бытовали дорогие привозные восточные кушаки, а также ввозимые через Польшу и Литву западные пояса.
- Ценные пояса включались в списки вещей, передаваемых по наследству. Особенно это касалось княжеских и царских поясов, являвшихся частью парадных облачений правителей и в качестве таковых служивших символами преемственности власти (см.Без пояса в бесчестии). Так, в «Духовной грамоте» Ивана Калиты 1328 г. сказано: «А из золота дан сыну своему Ивану пояс большой с жемчугом, с каменьями, пояс золотой с капторгами, пояс сердоличен золотом окован».
Рис. 1
При дворе московских государей XVI—XVII веков традиция многослойности и объемности одеяний достигает своего апогея (Рис. 1). В мужском костюме носились пояса разных типов.
-
Рис. 2
Парадные широкие пояса, расшитые каменьями и жемчугом в традициях предшествующих веков (Рис. 2). -
Рис. 3
Воинские пояса состояли из тесьмы и ремней и имели четыре конца: два из них служили собственно для застегивания пояса, к которому привешивались меч или сабля; а два – для налучи (футляр для лука) и колчана (Рис. 3). Парадные воинские пояса украшались коваными металлическими бляхами, звенцами, бряцальцами, капторгами и тузлуками. Они застегивались спереди пряжкой или крюком с петлею. Пряжки с запряжниками и наконечниками были серебряные, золоченые и конфаренные, то есть насеченные точками, пунктированные; серебряные гладкие; медные с красками и без красок. Металлические оправы на концах поясов назывались наконечниками, а бляхи для прикрепления помочей – наузольниками. Металлические украшения для поясов усаживались жемчугом и драгоценными камнями. -
Рис. 4
Ременной пояс татаур с металлическими наконечниками, иногда вышитый золотом или серебром (Рис. 4). -
Рис. 5
Тканый пояс тесмяк (или тесма) представлял собою тканую ленту с пряжкой или крюком на концах. Различались золотные, серебрёные, толковые, гарусные, полотняные, бумажные тесмяки. Дорогие образцы украшались золотом и серебром. Тесмяки отличались от поясов тем, что были у́же последних (Рис. 5). -
Рис. 6
Рис. 7
Шелковые кушаки, как и в домонгольский период, были преимущественно привозными. Но если ранее их везли из Византии, то после падения последней в 1453 г., а также в связи с расширением торговых связей Московского царства с Персией и Турцией стали появляться роскошные восточные пояса. Они были вытканы из золотых и серебряных нитей. При длине свыше четырех метров кушаки складывались вдвое, дважды оборачивались вокруг талии поверх кафтана и завязывались чуть ниже живота, а концы свешивались по центру или левее (Рис. 6, Рис. 7). Мода на кушаки среди русских бояр распространилась из Польши через Украину и Белоруссию. В славянские страны кушаки завозились из прославленных текстильных центров Турции и Сирии Ангора (Анкары), Бруса (Бурсы), Алеппо, Испогана и др. С этим связано название кушаков: ангорские, брусские, алеппские, испоганские. Их стоимость измерялась в десятках и сотнях золотых рублей.
Рис. 8
Жизнь русских знатных женщин протекала в строгой теремной изоляции и была малоподвижной, что способствовало реализации идеала дородности. Жесткие домостроевские нормы поведения сформировали костюм, в котором пояс вместе с женским станом был спрятан от мужских взоров за нагромождением объемов верхней одежды, общий вес которой доходил до 15 и более килограммов (Рис. 8). Для женского, как и для мужского костюма характерны по-восточному длинные рукава, связанные с поверьем, что касание голой рукой повреждает жизненные силы.
- Узкий тканый или вязаный поясок обхватывал нижнюю сорочку и верхнюю горничную сорочку (или долгорукавку) и служил оберегом (см.Пояс-оберег), а также символом благочестия. В роковом для династии Рюриковичей эпизоде, когда согласно историческому преданию Иван Грозный убил своего сына, поводом для неудержимого гнева царя послужило отсутствие пояса на горничной сорочке беременной жены царевича, отдыхавшей на женской половине дворца.
-
Рис. 9
В XVII веке в боярской среде получила распространение высокая юбка на лямках, которая пришла на Русь, вероятно, из Скандинавии (см.Пояса викингов) (Рис. 9). Вначале ее именовали «ферязью», но затем стали именовать «сарафаном» от персидского слова «сарапа», обозначавшего дорогую ткань для парадной одежды. Практической надобности в подпоясывании сарафанов не было, но они неизменно опоясывались на талии или чуть выше ткаными неширокими поясами.
В древнерусской одежде была создана национальная версия восточной линии византийского костюма (см.Пояса византийские). В последнем посредством пестрых орнаментов тканей фигура сводилась к декоративным плоскостям, расположение которых лишь обозначало, но не лепило фигуру, как было во времена античности (см.Пояса античные). На Руси, напротив, многоцветная узорчатость усиливала объемы, не связанные со строением тела, что сближало одежду русской знати с костюмами их восточных соседей. Пояса использовались или как разделительная линия между объемами, или как самостоятельный объем (кушаки). Прозападные реформы Петра I обратили русский костюм к формам тела (см.Пояса Российской империи XVIII века), но традиции древнерусской одежды и опоясывания еще на целых два столетия задержались в народном костюме, медленно эволюционируя в сторону, обозначенную петровскими реформами (см.Пояса русского народного костюма XVIII—XIX веков).
